Главная    Значения А. Пушкина    Биография    Творчество А.С. Пушкина и музыка    Другие о Пушкине     Фото
ТЕАТРАЛЬНЫЙ ПУШКИН
Помимо поэзии Пушкина занимало так же написание драматических произведений. Начал автор писать свои драмы...
ПОЭЗИЯ
Поэтическое богатство А.С. Пушкина велико и разнообразно. Пушкин стал сочинять первые стихи еще в возрасте 8 лет.
ПРОЗА
Александр Пушкин написал большое количество самых разнообразных произведений.
 
 
ДЕТСТВО
НАЧАЛЬНАЯ ПОРА
ЛИЦЕЙ
ИЗГНАННИЧЕСТВО
СЕМЬЯ ВЕЛИКОГО ПОЭТА
ПЕТЕРБУРГ
В СЕЛЬ МИХАЙЛОВСКОЕ
ЖЕНИТЬБА
КОНЧИНА
ЖЕНЩИНЫ В ТВОРЧЕСТВЕ
ПОЭЗИЯ
ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН
ЛУЧШИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
ШУТКИ И ОСТРОТЫ А.С. ПУШКИНА
ПРОЗА
«ПИКОВАЯ ДАМА»
«КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА»
ТЕАТРАЛЬНЫЙ ПУШКИН
НАРОДНАЯ МУЗЫКА В ЖИЗНИ ПУШКИНА
ДЕТСТВО

Известно, что с раннего детства создается базис воспитания и образования в человеке. Однако некоторые растрачивают это время в прогулках и играх, а другие дети усиленно трудятся над повышением своих знаний и способностей. Именно к последним относился и Александр Сергеевич Пушкин. Родился будущий писатель в 1799 г.
НАЧАЛЬНАЯ ПОРА

Литература и творчество для Александра Сергеевича Пушкина с самого детства стали смыслом существования. Неугомонный мальчик, воспитанию которого практически не уделялось никакого внимания, Пушкин самостоятельно много читал, без принуждения интересовался литературой и поэзией, писал небольшие эпиграммы и стихотворения.

ЛИЦЕЙ

Получив хорошие знания в домашних условиях, которые были в первую очередь заслугой самого мальчика, Александр Пушкин не хотел останавливаться на достигнутом. Его душа требовала все больше знаний и чтения, творчества и литературы, общения с единомышленниками и талантливыми людьми.

ПИКОВАЯ ДАМА

Увлекшись в 30-е годы созданием прозаической литературы, Александр Пушкин ищет свой путь в этом виде искусства. Превосходно освоив поэтическое слово, автор заново учится говорить, но только на этот раз, прозой. Эта работа дается ему не просто, ведь нужно не только грамотно рассказать о герое, но и попытаться выразить его чувства, вписать его в действительность. Подробнее
КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА

Увлекшись в 30-е годы созданием прозаической литературы, Александр Пушкин ищет свой путь в этом виде искусства. Превосходно освоив поэтическое слово, автор заново учится говорить, но только на этот раз, прозой. Эта работа дается ему не просто, ведь нужно не только грамотно рассказать о герое, но и попытаться выразить его чувства, вписать его в действительность. Подробнее
ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН

Классическим произведением отечественной литературы, что прочно ассоциируется с именем Пушкина, стал «Евгений Онегин». Работа над этим произведением продолжалась почти всю жизнь поэта...


Барышня - крестьянка

Действие разворачивается в «одной из отдаленных наших губерний». Барин Берестов, живущий в деревне, утешается хозяйственными делами. Его любят, уважают, хотя и считаю...

Отдых с компанией Русский вояж - . Туризм за границу-дешевле 9000 р.
НАЧАЛЬНАЯ ПОРА


НАЧАЛЬНАЯ ПОРА

РАННЕЕ ТВОРЧЕСТВО

1813-1820

Первые из достоверно известных нам

произведении Пушкина относятся к 1813 г. и

свидетельствуют уже о п

ериоде зрелого ученичества.

Французская культура poesie f

ugitive, царившая в доме Пушкиных, борьба

карамзинистов с архаиками, в которой юный поэт не колеблясь избрал стан

первых, молодость, влекущая к чувственным наслаждениям, — все это пред­о

пределило выбор поэтической школы в творчестве Пуш­кина самого раннего

периода. Это была школа легкой поэзии, во Франции пережившая расцвет в конце

XVIII в.

Аллегорическим языком внеиндивидуального восприя­тия жизни

ранняя лирика Пушкина повествует о судьбе «человеческой»

И ты любезный друг, оставил,

Надежну пристань тишины,

Челнок свой весело направил

По влаге бурной глубины;

Судьба на руль уже склонилась.

Спокойно светят небеса,

Ладья крылатая пустилась —

Расправит счастье паруса.

Дай бог, чтоб грозной непогоды

Вблизи ты ужас не видал,

Чтоб бурный вихорь не вздувал

Под челноком шумящи воды! ..

Конечно, при этом в стихотворениях Пушкина нередко

проскальзывают и реальные пр

иметы жизни, но инерция стиля явно силь

нее живых впечатлений:

Мне видится мое селенье,

Мое Захарово; оно

С заборами в реке волнистой,

С мостом и рощею тенистой

Зерцалом вод отражено.

На холме домик мой;с балкона

Могу сойти в веселый сад.

Где вместе Флора и Помона

Цветы с плодами нам дарят. . .

Отметим еще одну черту

ранней поэзии Пушкина, на которую обратил внимание в связи с поэмой «Монах» Б.

В. Томашевский: «Характерна одна особенность

ранней поэмы Пушкина, отсутствующая или почти

отсутствующая в его позднейших произведениях, — это внимание, уделен­ное им

живописи. Перед нами целый список имен худож­ников —

Рафаэль, Корреджо, Тициа

н, Альбани, Верне (Жозеф

— маринист), Пуссен, Рубенс»

Эта особенность, присущая и другим ранним

произ­ведениям Пушкина, нам кажется знаменательной. Обраще­ние к жизни не не

посредственной, но уже преобразованной искусств

ом мы можем отметить и в таких стихотворениях, как «К живописцу», «Гроб

Анакреона», «Фиал Анакреона». В том же значении

выступают постоянные обра­щения юного поэта к «парнасским жрецам», —

значитель­ная часть пушкинских стихотворений

1813—1816 гг. пред­ставляет собою настойчивое определение тех литературных

образцов, которым собирается следовать поэт, причем даже из поэзии любимого

Батюшкова отбираются лишь произ­ведения, при

надлежащие к эпикурейской струе его твор­чества.

Сказанному выше, на первый взгляд, противоречит

наличие в раннем творчестве Пушкина произведений, жанры которых выходят за

пределы «легкой поэзии». Б. В. Томашевский, например, склонялся к тому, чтобы

определять господствующие тенденции раннего творчества Пушки

на по «капитальным» его произведениям (т. е.

относящимся к жанрам поэмы, повести, комедии). Между те

м не случайно эти произведения не были доведены до конца и, как правило,

оборваны в самом начале работы над ними. Дело здесь не в недостатке мастерства,

не позволяющего справиться с «большой формой», — скорее, Пушкин быстро

охладевал к подобным замыслам потому, что они в ту пору не вполне его

удовлетворяли."

Тем не менее приверженность Пушкина к подобным

замыслам, хотя эти

произведения не были

доведены до конца, была.

Очевидно, не случайной.

«Высокие» героические темы ("Александру", "Принцу

Оранскому", «Воспоминания в Царском Селе

»), а также сатирические мотивы (гражданского

накала — «Лици-нию» и в

литературно-пародийном варианте — «Тень

Фонвизина») возникают в творчестве Пушкина как

отзвук событий эпохи и

обнаруживают уже в ту пору некие

потенции его творчества, пока еще в полной мере не ра

спитые именно в силу его сосредоточенности на

эпику­рейских темах, которые осмысляются как главное па-значение поэзии.

Говоря о ранних стихах Пушкина как о стилизациях, ориентирующихся на образцы

легкой поэзии, необходимо подчеркнуть, что

механизм такого рода стилизаций был достаточно сложен. В этом отношении

показательно стихо­творение «Казак» (1814), которое в автографе помечено «С

малороссийского», а в копии лицейского товарища

Пушкина Горчакова содержит указание на источник —

«Ехал козаче и пр.». Здесь имеется в виду песня

Маруси из оперы-водевиля А. А. Шаховского «Казак-стихотворец» (1812).

Kоторая, между прочим,

с сочувствием отмечена Пушкиным в статье «Мои мысли

о Шахов­ском» (при общей отрицательной оценке водевиля). Однако эта песня дает

Пушкину только тему. Но

не сюжет:

Ехав казак за Дунай.

Сказав дивчине: прощай.

Вы, коники вороненьки.

Несите да гуляй .

Следует упомянуть еще один «образец», на который Пушкин ориентируется в

данном случае, — мы находим указание на этот счет в самом пушкинском тексте:

«Верь, коханочка, пустое; Ложный страх отбрось» . «Лож­ный страх» — название

стихотворения Батюшкова (подра­жание Нарни); у него же имеется и

стихотворение «Раз­лука», сюжетно напоминающее пушкинское стихотворение не в

меньшей степени, нежели народная песня. Обратим внимание на жанр

стихотворения, в ранних копиях назван­ного «балладой». Фантастический

элемент, обязательный для этого жанра в его романтической разновидности,

раннему Пушкину чужд, - от этого жанра он берет пока его эпико-драматическое

начало. Уже в раннюю лицейскую пору Пушкин достигает в своем творчестве

вполне профессионального уровня — он не просто мальчик, подающий большие

надежды, но и заметный поэт своего времени, чьи произведения печата­ются в

журналах, входят в состав сборников образцовых российских стихотворений

(«Александру», «Воспомина­ния в Царском Селе», «Наполеон на Эльбе») и даже

проникают в устную песенную традицию («Романс», «Казак» ) Можно ли в ту пору

говорить об оригинальных чертах пушкинской поэзии? Нам кажется, что эта

оригинальность обнаруживается в пристрастной разработке некоторых

традиционных мотивов.

Характерна и примеряемая Пушкиным в его ранних стихах поэтическая маска —

маска не просто философа-ленивца, по «монаха», «чернеца», «расстриги»,

мечтаю­щего о земных радостях. Эта маска до некоторой степени отражает

реальные лицейские впечатления, но важно подчеркнуть, что вместе с тем она

отражает и пафос пушкин­ской поэзии, не только жизнелюбивой, но и

свободо­любивой.

В 1816 г. характер лирики Пушкина претерпевает существенные изменения. Элегия

становится основным пушкинским жанром. Само по себе это обстоятельство не

противоречило принципам легкой поэзии -- напротив, именно она возродила

элегию в новом качестве, насытив ее меланхолическими переживаниями, мотивами

неудовле­творенности жизнью, недостижимости идеалов. Но то, что на первых

порах пушкинская муза становится по преиму­ществу элегической,

свидетельствовало не просто о жанро­вом обогащении поэзии Пушкина. В

соответствии с новым мироощущением меняется весь колорит пушкинской поэ­зии:

«луны туманный луч», «глас ночной», «печальная тьма лесов», «немая ночи мгла»

сменяют «златые дни. Златые ночи». К стихотворениям Пушкина конца 1816 г.

вполне применима характеристика, данная им поэзии Ленского: «Так он писал

темно и вяло, Что романтизмом мы зовем. Хоть романтизма тут нимало. Не вижу

я». 13 полном соответствии с пушкинским определением мы и сейчас должны

признать со значительными оговорками романтическое качество подобной поэзии:

в ней лишь при­сутствуют романтические тенденции, не получающие — в раннем

творчестве Пушкина — принципиального вопло­щения.

Проиллюстрируем этот тезис сравнением трех редакций лицейского стихотворения

«Я видел смерть; она в молчанье села...» (1816), сохранившихся в Лицейской

тетради (1817), в Тетради Всеволожского (1819) и в цензурной рукописи

собрания стихотворений (1825). В редакции 1825 г. мы обнаруживаем обычные

общие места (стихотворение потому и озаглавлено просто «Под-ражанье»)

романтической музы, для пушкинской лирики этого времени нехарактерные: мотивы

одиночества, упоен­ности красотой вечной природы, порыв к «тайнам гроба

роковым».

Отредактированное в 1825 г. Пушкиным, руковод­ствовавшимся романтическими

представлениями начала 1820-х гг. лицейское стихотворение приобрело

закончен-ньй романтический характер. Однако в конце 1810-х гг. эволюция Пушкина

вовсе не шла по пути форсированного романтизма. Вторжение

сентиментально-нредромантических художественных вея­ний в его поэзию в то время

пока еще не колеблет существенным образом преимущественно гармонического

восприятия жизни, хотя именно тогда ему впервые откры­ваются сложность и

противоречивость внутреннего мира человека. В ранней лирике Пушкина был

запечатлен, в сущности, счастливый «жизни миг», — теперь поэт начи­нает

постигать не только иные, скорбные регистры чело­веческого чувства, но и его

самостоятельную ценность, и fti'o собственную (но законам сердца)

жизнь.

Биографическая легенда связывает все любовные стихотворения 1816 и отчасти 1815

гг. с именем К. П. Баку­н

иной. Это, вероятно,

преувеличение. Точнее было бы сказать, что господствующим настроением

Пушкина той норы была меланхолическая мечтательность, а

это в свою очередь определило тональность его лирических раздумий. Сама по

себе эта пора не была затяжной. К стихотво­ре

ниям, посвященным «первой любви», уже в конце

1816 г. Пушкин относился с ирон

ией:

И даже, каюсь я, пустынник согрешил,

Я первой пел любви невинное начало.

Но так таинственно, с таким разбором слов,

С такою скромностью стыдливой,

Что, не краснея боязливо,

Меня бы выслушал и девственный К(озлов).

В первом стихотворении

цикла (по времени оно напи­са

но позже остальных, в начале 1817 г.) автор

предстает предельно разочарованным

, но причина уныния

не раскрыта:

Отверженный судьбиною ревнивой,

Улыбку, смех. и резвость. и покой –

Я все забыл; печали молчаливой

Покров лежит над юною главой. . .

Во втором стихотворении называется причина разоча­рованности — отъ

езд любимой; осенний пейзаж хранит дорогие следы, сама

природа грустит с п

оэтом, но в сердце его еще теплится наде

жда: «До сладостной весны. Про­стился я с блаженством». Образ люб

имой (третье стихотворение цикла) возникает в снови

дениях, но только для того. чтобы оттенить безрадостность дня («О, если бы душа

могла. Забыть любовь до новой ночи»). В четвертом стихотворен

ии возникает мотив ревности («Пускай она

прославится другим. Один люблю - он лю­бит и

любим»). однако ни

здесь, ни в последую­щих стихотворениях этот мотив

не получает развития; главной темой стихотворения становится та. которая была

намечена еще в начале цикла. — бесцельность по

этиче­ского дара. коль скоро он не нужен люби

мой:

К чему мне петь?

Под кленом полевым

Оставил я пустынному зефиру

Уж навсегда покинутую лиру,

И слабый дар как легкий скрылся дым.

В пятом, центральном стихотворении цикла, как и следует ожидать

, наступает кульминация; поэт в горести готов

забыть был'"?: «Летите

прочь, воспоминанья! Засни несчастная любовь!»

В пушкинской лирике отныне предстает

возрождаю­щийся человек, обогащенный опытом жизненных испыта­ний. В ряде

стихотворений конца 1810-X гг.: «Желание» («Медлительно влекутся дни мои

»), «К ней» («В печаль-пой праздности я лиру забывал») —уже предвосхища­ется

диалектика чувств, которая столь характерна для зрелой пушкинской лирики.

Недаром названные стихотво­рения неоднократно сопоставлялись с такими

шедеврами. Как «Элегия» («Минувших дней угасшее

веселье») и «К***» («Я помню чудное мгновенье

»).

Творчество Пушкина конца 1810-х гг. имеет пере

ход­ный характер и в силу этого менее всего поддается одно­значной оц

енке.

В творчестве Пушкина конца 1810-х гг. эпикурейские

мотивы, звучащие даже громче, нежели в ранней

лирике, получают свое место в иерархии эстетическо-нравственных ценностей, как

ее представляет себе поэт.

Вообще говоря, пушкинская поэзия конца 1810-х гг. ин

тимна по основному своему тону, рассчитана на дру­жеское сопереживание. Человек

оценивается Пушкиным с точки зрения личных его достоинств, и при этом мир л

ичности противопоставляется совр

еменным обществен­ным отношениям, которые

оказываются уже ее духовных потенций:

Он вышней волею небес

Рожден в оковах службы царской:

Он в Риме был бы Брут, в Афинах Периклес.

А здесь он — офицер гусарский.

Замысел «Руслана и Людмилы» обоснованно принято

связывать с литературной программой «арзамасских

лите­раторов», выдвинувших в 1810-е гг. идею

создания нацио­нальной лироэпической поэмы

, что и отразилось в планах «Владимира»

Жуковского и «Русалки» Батюшкова. " Известно, что

Пушкин встречался с Жуковск

им в Петер­бурге на рождественских каникулах

(1817) и, может быть, именно тогда маститый

литератор подарил «ученику» свой замысел, к

которому уже остыл, — по крайней мере в

пре­дисловии ко второму изданию «Руслана и Людмилы» (1828) сообщалось: «

Он начал свою поэму, будучи еще воспитанником

Царскосельского лицея...» П. И. Барте

нев сохранил предание, что юный поэт писал стихи поэмы на стенах комнаты,

куда был посажен в нака­зание

. Очевидно, именно о «Руслане и Людмиле»

упоми­нает поэт в послании к А. И. Тургеневу (8

ноября 1817 г.) :

О продолжении работы Пушкина над поэмой в 1818 г. мы располагаем лишь свидет

ельствами современников.

9 мая 1818 г. Батюшков пишет Вяземскому: «Забыл о

Пушкине молодом: он пишет прелестную поэму и зре

ет»; 14 июля 1818 г.

Кюхельбекер восклицает, обра­щаясь к Пушкину:

Тебя, мой пламенный, чувствительный певец

Любви и доброго Руслана,

Тебя, на чьем челе предвижу я венец

Арьоста и Парни, Петрарки и Бояна.

В конце 1818 г. А. И. Тургенев сообщал Вяземскому:

«Пушкин уже на четвертой песне своей поэмы, кото­рая будет иметь всего шесть»

Таким образом, в конце 1818 г. поэма в составе первона­чальных четырех глав (ср.

свидетельства А. И. Тургенева от 3 и 18 декабря)

была доведена лишь до пребывания Люд­милы в замке

Черномора — описание поля брани и битвы Руслана с Головой (вторая часть «Песни

III») появилось уже после выработки нового плана. С

ледовательно, перво­начальный план поэмы был значительно

проще, а главы намного (примерно вдвое) короче. Четыре главы, извест­ные в

декабре 1818 г. А. И. Тургеневу, тематически были таковы: 1. Пир у Владимира,

похищение Людмилы и отъезд героев на ее поиски;

II. Встреча Руслана с Финном (глава эта была несколько доработана в начале 1819

г. ); III. Встреча

Фарлафа с Наиной; битва Рогдая с

Русланом (сюда был несколько позже добавлен

эпизод столк­новения Рогдая с

Фарлафом: возможно, для этой главы в 1819 г.

предназначался и эпизод в замке двенадцати дев) ;

IV. Людмила у Черномора.

При таком построении поэма была строго соразмерна по главам: в нечетных главах

действуют все четыре витязя, причем в третьей главе соперники Руслана

прекращают поиски Людмилы (Рогдай убит,

Фарлаф, уповая на Наину, отправляется восвояси,

Ратмир забывается в замке дев). Далее Пушкин

попытался форсировать развитие событий (преодолевая

описательность, возобладавшую в повество­вании): Руслан, уже обретший

невесту, погибает. По-види­мому, предыдущие события предполагалось раскрыть

позже в ретроспективном рассказе. Что же касается даль­нейшего развития сюж

ета, то в двух оставшихся по перво­начальному плану главах намечался рассказ

об ожив­лении Руслана Финном, возвращении героя в Киев и по­срамлении изменника

Фарлафа.

Поэма начата в 1817 г., в то время, когда Пушкин пре­одолевает захлестнувшие

было его элегические настроения. Получившие отражение в «бакунинском цикле».

Выше уже отмечалось, что в качестве своеобразной реакции на мелан­холические

(и отчасти мелодраматические) мотивы в пуш­кинской лирике начинает

формироваться иной лирический цикл («Послания к Лиде»), в котором торжествует

гедо­низм, противопоставленный всему мечтательному, всему потустороннему.

Реалистическая тенденция развития творчества Пуш­кина не может вызывать

сомнений. В «Руслане и Людмиле», поэме-сказке, рисуется мир по всех

отношениях гармонический. Хотя сюжет поэмы и основан на соперничестве четырех

героев, хотя в конце концов торжествует главный из них. Каждый из остальных

тоже по-своему утешен; нашел свое идиллическое счастье мечтатель Ратмир,

прощен ничтожный Фарлаф и даже гибель жестокого Рогдая смягчена сказочным

мотивом:

И слышно было, что Рогдая

Тех вод русалка молодая

На хладны перси прияла

И, жадно витязя лобзая,

На дно со смехом увлекла

Высокий зачин поэмы:

Дела давно минувших дней,

Преданья старины глубокой

В южных поэмах Пушкина луна также будет всходить перед тем, как начаться

решительным событиям, Пушкин всякий раз описание ночи приобретет местные,

национальные черты: в «Кавказском пленнике» луна осветит» «белые хижины

аула», в «Бахчисарайском фонтане» - «тихую лавров сень», в «Цыганах» — «тихий

табор» (а впоследст­вии в «Полтаве» — «сребристых тополей листы»). Дейст­вие

этих поэм в своих кульминационных моментах будет происходить именно ночью.

Несомненно, что это примета романтического стиля, отражающая внимание

писателя-романтика к исключительному, необычному (ночь — союз­ница

преступлений и любви, мрачных дум и откровений и пр.). Но замечательно, что

последний эпизод пушкинских поэм будет протекать, как правило, на фоне

разгорающе­гося дня. Причем уже в первой поэме Пушкин нашел характерный тон

заключительного утреннего пейзажа: «Сомнительный рождался день. На

отуманенном востоке. . .». Будущее предстояло в противоборстве надежд и

сомнений...

Впоследствии каждая поэма Пушкина будет соотно­ситься с «преданьями старины

глубокой». Ср. в «Кавказ­ском пленнике»: «И возвестят о вашей казни Преданья

темные молвы...»; в «Бахчисарайском фон­тане»: «Младые девы в той стране

Преданье старины узнали'. . .»; в «Цыганах»: «Меж нами есть одно

преданье...»: в «Полтаве»: «Но дочь-преступ­ница. . . преданья Об ней молчат.

. .».

Наконец, в каждой из романтических пушкинских поэм в качестве своеобразной

лирической доминанты прозвучит «национальная песня», ритмически

акцентированная на фоне всего произведения.

Но все эти элементы, намеченные уже в «Руслане и Людмиле», обнаруживают свою

пушкинскую характер­ность только в его южных поэмах; в самой же ранней поэме

кажутся найденными вполне «случайно»: так. «песнь девы» еще никакой народно-

поэтической окраски пока неимеет; почкой романтический пейзаж соседствует с

фан­тастическим (сад Черномора), идиллическим (хижина Ратмира). лародииио-

романтическим (замок двенадцати дев), народно-сказочным («чудная долина» с

ключами живой и мертвой воды) и прочими пейзажами.

С другой сгороны, уже в «Руслане и Людмиле» мы находим предвестие и поздних

реалистических пушкин­ских iio;)m. таких как «Полтава» (описание боя). «Граф

lly.iiiH». «Домик в Коломне» и «Анджело» (шутливо-иро­ническая интонация,

пронизывающая все повествование), «Медный всадник» (описание смятения

городских жите­ля).

Романтические искания в русской литературе первых десятилетий XIX в. были

важнейшей тенденцией ее разви­тия. ведущей к обогащению ее образных средств,

к углубле-1Н)му тилкованию духовного мира человека. Едва ли, однако, было бы

справедливым рассматривать всю литера­туру этого периода под знаком

романтических тенденций. Термин «иредромантизм», в последнее время

утвердив­шийся в литературоведении, нельзя истолковывать только как

художественный метод, который порождает в будущем единственно романтизм.

Предромантическое течение в литературе таит в себе реалистические откровения,

и можно в принципе представить себе движение художника от предромантизма к

реализму, как это обнаруживается в творческом пути Грибоедова например.

Творческая эво­люция Пушкина, однако, складывалась иначе, — уже в начале 1820

х гг. его постигает глубокое разочарование в просветительской концепции мира.